Оптинские мученики

Распространяйте любовь

В 1993 году весь православный мир был потрясен трагическим событием, произошедшим в Оптиной пустыни: трое насельников монастыря были зверски убиты в Пасхальную ночь. Это были иеромонах Василий (Росляков), монах
Ферапонт (Пушкарев) и монах Трофим (Татаринов).

Пасхальное богослужение в Оптиной началось как обычно. По сложившейся традиции крестный ход в скит святого Иоанна Предтечи, расположенный к востоку от монастыря, и обратно подходил к концу. Праздничный пасхальный звон доносился с монастырских и скитских колокольен. Количество людей было огромным — до 10 тысяч человек (как позже сообщила милиция, охранявшая монастырь во время праздничной службы). После литургии монахи отправились в трапезную, чтобы прервать пост. По окончании трапезы двое звонарей, монах Ферапонт и монах Трофим, вернулись на колокольню, чтобы продолжить пасхальный звон. К тому времени было десять минут седьмого. Внезапно колокольный звон стал неровным, а затем и вовсе прекратился. На колокольне было совершено страшное преступление — монахи были злодейски убиты ударами ножа.

Преподобный Ферапонт скончался сразу. После удара ножом монах Трофим издал громкий вопль: “Боже, помилуй нас!” и “Помоги!”; немного приподнявшись, он позвонил в колокол — и упал.

Убийца убежал в скит, куда также направлялся иеромонах Василий, чтобы выслушать исповедь. Преступник ударил его в спину тем же ножом.

Затем убийца перелез через монастырскую стену и выбросил окровавленный самодельный нож. Он был обоюдоострым, шириной в пять сантиметров и напоминал меч. На лезвии были выгравированы “666” и “сатана”. Та же надпись была найдена позже на ноже в кармане пальто, брошенном убийцей.

Убийца Николай Аверин нанес ножевые ранения в спину. По словам следователя, травмы были нанесены с необычным профессионализмом “и намеренно — они не были слишком глубокими – чтобы жертва истекала кровью до смерти в течение длительного времени”. На самом деле иеромонах Василий страдал несколько часов, хотя монахи Трофим и Ферапонт скончались сразу.

Аверин убил монахов Ферапонта и Трофима, когда они возвещали миру на колокольне о Воскресении Христовом. иеромонах Василий был убит, когда шел в скит на исповедь. Совершив убийство, Аверин сдвинул края монашеских одеяний на головы и натянул клобуки на лица.

Казалось, что в монахе Трофиме еще есть жизнь. Его привезли во Введенский собор, но через несколько минут он скончался.

Несмотря на тяжелую рану, иеромонах Василий прожил дольше других. Он посмотрел на окружающих его людей и даже попытался подняться. Его также привезли в собор и положили рядом с мощами святого старца Амвросия, а затем на машине скорой помощи доставили в местную больницу в Козельске. Там он вскоре скончался.

Также было удивительно, что монахи начали раздавать свое имущество перед убийством, в том числе свои личные инструменты, говоря, что они им больше не понадобятся (что было тем более необычно в то время, когда в монастыре была такая нехватка инструментов, что их приходилось приносить из дома илиполучить их как-то через друзей, иначе человек не смог бы выполнять свою работу). Все в Оптиной обители были удивлены этим происшествием, но после убийства стало ясно: монахи предвидели славу мученичества, уготованную им.

Чтобы понять, почему монахи были готовы умереть, необходимо знать, какую жизнь они вели.

Уже более десяти лет люди в Оптиной обители собирают информацию о монахах Трофиме, Ферапонте и Василии.
Леонид Татарников, будущий преподобный Трофим, родился в селе Дагон Иркутской области 4 февраля 1957 года. Когда он был ребенком, он плакал день и ночь непрерывно в течение почти двух лет, так что некоторые люди думали, что он вряд ли выживет. Но он успокоился, как только его крестили, и с тех пор стал улыбающимся здоровым мальчиком.

Леонид вырос в высокого красивого молодого человека, и он нравился девушкам. Помимо того, что он был красив, он был эрудирован (он читал всю ночь напролет, и его даже прозвали Книжным червем), трудолюбив и никогда не прикасался к алкоголю. Девушки очень старались выйти за него замуж, некоторые даже прибегали к магии. Один из них на самом деле сказал ему: “Или ты будешь моим, или ничьим!” Но Леонид оставался спокойным и сказал девушке только одно слово: “сестра”. Он был прирожденным монахом, но понял это гораздо позже.

Окончив среднюю школу, Леонид учился в колледже железнодорожного транспорта. После окончания службы в армии работал матросом на траулере.

Когда Леонид получал заграничный паспорт, он почему-то сменил имя и стал Алексеем. Алексей перепробовал довольно много профессий: фотографию, разведение лошадей для местной коневодческой фермы и изготовление обуви (обувь, которую он делал, была такой, что все в городе стояли в очереди, чтобы получить пару). Он был членом различных кружков по интересам, таких как
яхт-клуб, общества борьбы и карате, а также школы классического и народного танца. Он был очень гибким. В тридцать лет он все еще мог садиться на шпагат, не напрягаясь. Вместе со своей сестрой Наташей Алексей учился в школе классического танца и занимал призовые места на конкурсах. Однажды ему даже предложили заключить контракт и стать профессиональным танцором, но он отказался.

Будущий монах искал смысл жизни и все еще не мог понять, чего ему не хватает. Он занялся “благополучием” и даже отказался от употребления мяса. В его комнате висел график, согласно которому Алексей два раза в месяц по десять дней обходился без еды в тщетной надежде бросить курить (он начал курить в очень раннем возрасте). Затем он начал ходить в церковь, и священник сказал ему, что он должен выбирать между Богом и никотином. Алексей наконец избавился от своей многолетней привычки.

Как этот жестокий человек неизвестного телосложения мог одолеть трех монахов?! А какие монахи! Монах Трофим мог завязать кочергу в узел (был эпизод, когда некоторые водители пытались выправить вмятину в крыле грузовика с помощью саней-хаммеров, и все их попытки не увенчались успехом, пока Трофим не сделал это голыми руками). Двухметровый иеромонах Василий в прошлой жизни был известен как один из лучших игроков в водное поло в
стране. Раньше он был членом сборной команды СССР . Его
реакция была ошеломляющей, и он был известен удивительным мощным
броском. Даже умирая, он смог нанести сокрушительный удар. Монах
Ферапонт был очень хорош в боевых искусствах (айкидо, каратэ).

Следственный комитет утверждает, что все дело в том, что удары наносились в спину. Но колокольня, на которой были убиты монахи Трофим и Ферапонт, довольно маленькая, и посторонний человек не сможет попасть туда незамеченным. Однако православному человеку даже без какого-либо расследования ясно, что монахи не могли ответить на насилие тем же
насилием. Это было их последнее искушение. Настоящий монах не должен окровавлять свои руки.

Очевидно, к тому времени монахи Трофим, Василий и Ферапонт были готовы к смерти. По воспоминаниям очевидцев, мученики предвидели свою смерть. Монах Трофим часто говорил, что у него осталось мало времени – полгода, год. В то время как Ферапонт, когда-то тихий монах, начал просить всех молиться за него.

В день Пятидесятницы 1990 года Алексею было видение. Он сразу же решил стать монахом и купил билет в Оптину обитель. Но когда он был готов уехать, у него украли паспорт, деньги и билет, и он добрался до Оптиной всего за полтора месяца. Его духовный поиск продолжался долго, пока в возрасте тридцати шести лет он не остался в Оптиной обители и принял монашеский постриг, став монахом Трофимом.

Поселившись в монастыре, он нашел это святое место довольно запущенным. Местные жители, которые после Второй мировой войны построили деревню на территории монастыря, прокляли эту землю, которая ничего не приносила, хотя раньше была очень плодородной. Помидоры там росли в таких количествах, что их бесплатно раздавали всем, кто их просил. Теперь земля снова приносит плоды. Монахам удалось возделать эту бедную почву, и трудолюбивый монах Трофим тоже принял в этом участие.

Местные фермеры говорят, что везде, где преподобный Трофим сажал картошку для стариков, не было колорадских жуков, в то время как на соседних огородах их было много. Некоторые люди даже приходили в монастырь, чтобы спросить, какую молитву произносил монах. К настоящему времени некоторые фермеры берут щепотку земли с его могилы и, растворив ее в воде, используют для посыпания своих садов.

Трофим ценил время, и у него было время для всего. Его основными обязанностями были обязанности старшего звонаря, пономаря и тракториста. Кроме того, он работал портье, продавцом свечей, маляром, пекарем; он работал в букмекерской конторе, на складе, в кузнице. У людей, окружавших его, было ощущение, что он может все. Только после убийства они узнали, что монах Трофим никогда раньше не был фальсификатором, трактористом, пекарем, букмекером и никогда не учился звонить в колокола. Бог дал ему возможность делать все это по его молитвам.

Когда они решили сами печь хлеб в Оптиной обители (в начале девяностых годов поставки хлеба в Россию были ограничены), эту задачу поручили монаху Трофиму. Никто не знал, как печь хлеб в монастыре. Монаху пришлось побегать вокруг, чтобы найти квитанцию. Но в результате его булочки получились мягкими, легкими и вкусными. Его хлеб в округе называли “целебным”. Уходя из монастыря, один бизнесмен даже попросил выдать ему специальную квитанцию на монастырский хлеб. Мужчина объяснил, что его больной желудок вообще не переваривает хлеб, исключая монастырский “целебный” хлеб. Ему дали квитанцию, но он не знал самого главного: как усердно монах Трофим молился над каждой выпечкой и сколько поклонов он совершил перед иконой Божией Матери “Урожайница”.

Трофим был настоящим монахом — тайным, сосредоточенным внутрь себя, и в нем не было внешней, показной набожности. По его мнению, в мире не было плохих людей, и любой человек в любое время дня и ночи мог обратиться к нему за помощью и получил бы ее. Именно к монаху Трофиму все ходили просить починки для часов, фотоаппарата или даже ботинок.

Он много молился, но мало спал и питался очень скромно, ограничивая себя даже в воде. Но, несмотря на эти ограничения, он никогда не болел и, казалось, никогда не уставал. И все в Оптиной привыкли к его настойчивости. Трудно было представить себе этого сильного монаха, всегда веселого и оживленного, аскетом и имеющим обычай ничего не есть в первую и последнюю неделю Великого поста.

Однако во время последнего (для Трофима) поста у него можно было заметить признаки усталости. Жителям Оптиной становилось ясно
, что преподобный находится на грани истощения. Как правило, в пять утра, когда все монахи собирались на полуночную службу, в темноте было трудно различить лица. Но монаха Трофима всегда можно было узнать даже издалека по его летящей длинной походке. Он спешил в церковь, обгоняя многих других на своем пути. Но в последние дни его стало трудно узнать. Саша, мастер по изготовлению просфор, вспомнил случай, когда он медленно шел на полуночную службу и обогнал кого-то в темноте. Обернувшись, чтобы посмотреть, кто это был, он не мог поверить своим глазам, что это был Трофим. Саша заметил, что Трофим шел так медленно и с таким усилием, как будто нес непосильную ношу.

Мать преподобного Трофима не успела вовремя на похороны сына. Когда пришло известие о его смерти, она лечилась в больнице после инсульта. Врачи запретили ей летать самолетом, поэтому ей пришлось добираться из Сибири поездом . Она приехала в монастырь и провела там некоторое время. Она даже хотела остаться там навсегда, но они благословили ее вернуться домой и обратить к Богу других своих детей. Таким образом, через смерть любимого брата и благодаря усилиям матери ее дети пришли к Богу. Однажды Лена, младшая сестра
преподобного, увидела Трофима во сне. В том сне он выглядел таким измученным, и в его глазах была такая печаль, что девушка вздрогнула, услышав его голос как наяву: “Я так устал. Я надрывался, молясь за всех вас, но вы все еще не ходите в церковь ”. И в свое время 14 родственников Трофима крестились вместе.

Он жил, не касаясь земли
Будущий преподобный Ферапонт родился в миру Владимир Пушкарев в праздник иконы Божией Матери “Неопалимая купина”, 1955 год. Он родился в отдаленном пустынном городке в Тайге, где за вырубку леса платили всего
гроши, а многие страдали от нищеты или пили. Все работники были некрещеными, так как до ближайшей церкви можно было добраться только самолетом, и
ни у кого не было на это денег.

Все в жизни Владимира было нормально. Он посещал школу, затем служил в армии (обязательная, а затем дополнительная добровольческая служба), где он изучал восточное военное искусство, которое, как он позже обнаружил, было смешано с оккультизмом. После армии он изучал сельское хозяйство. После этого он работал техником-лесничим на лесоповале на Байкале. Он никогда не пил, никогда не курил, и все его уважали. Но его жизнь в миру была затруднена, потому что некоторые люди считали его колдуном.

Хорошо известно, что обращение Владимира произошло во время его работы лесозаготовителем. Говорят, что однажды Владимиру в Тайге явился старец, который дал ему книгу о магии и назначил еще одну встречу на том же месте через год. Владимиру не понравились колдуны, и они не явились на свою вторую встречу. Но он
показывал фокусы для развлечения местных девушек. Он отправлял их в какой-нибудь местный кустарник и просил написать записку, которую затем читал на расстоянии. Он был мистически одарен от природы. Его игры чуть не закончились трагедией. По словам его собственного друга, Владимир пережил собственную смерть. Его душа отделилась от
тела, и он отправился в царство ужаса. Он скончался. Но ему явился ангел и сказал, что отправит Владимира обратно на землю только в том случае, если он согласится после этого ходить в церковь.

После всего этого Владимир вскоре покинул лесную ферму, где церковь находилась всего в нескольких сотнях километров, и переехал в Ростов–на-Дону. Там он начал работать дворником в кафедральном соборе Рождества Пресвятой Богородицы. Вскоре было замечено, что он был исключительным постником: во время Великого поста он брал несколько просфор, сухари и
бутылку святой воды. После службы он ел это только в церкви за колонной.

Будущий монах прожил в Ростове–на–Дону три года, а по праздникам путешествовал по монастырям
в поисках того, в котором можно было бы остановиться. В то время его решение стать монахом уже было принято, и он получил благословение старца Кирилла (Павлова) из Троице–Сергиевой лавры. Позже Владимир пошел к владыке Владимиру, нынешнему митрополиту Киевскому и всея Украины, и сказал ему: “Владыко, я могу даже туалеты чистить, если только ты
дашь мне рекомендацию в монастырь!”. И оказалось именно так, что собору нужен был человек для чистки туалетов. Будущий монах занимался этим около года, пока не получил рекомендацию и не покинул город.

Он пришел в Оптину пустынь из Калуги (довольно далеко) пешком и принял постриг с именем Ферапонт.

Однажды ему было поручено дежурить у Святых Врат монастыря, чтобы ни одна неподобающе одетая женщина не вошла туда. Он должен был дать им шарфы и рабочие халаты. Оказалось, что он не заметил женщин и даже не понял, как они были одеты. Надзиратель постоянно критиковал и обвинял его: “Разве ты этого не видишь! Вы должны внимательно следить за тем, как они все одеты!” Но монах только повторял с покаянием: “Прости меня, отец, я не достиг того совершенства, чтобы иметь возможность смотреть на женщин! Я виновен!” Вскоре эта обязанность была снята с него.

Что касается других видов работы, многие восхищались его талантом: талантом изучать что-то новое. Он все делал очень аккуратно. В монастыре он стал отличным резчиком по дереву. Половина оптинской братии носит его параманские кресты.

Художник Сергей Лавров назвал Ферапонта “Тицианом” за его правильные скулы, ярко-голубые глаза и “золотые кудри по плечам“. Лавров вспомнил день, когда Ферапонт показал ему свою первую работу – резной параманский крест. Впечатление, которое это произвело, было очень сильным. Сегодня, конечно, есть элегантные кресты, украшенные множеством деталей. Каждый локон подстрижен так изящно, что им можно любоваться, как самостоятельной картиной. Но детали скрывают главную тему, и на первый план выходят мастерство художника и его гордость. В творчестве Ферапонта была скромность, строгость и лаконичность — взгляд сразу схватывал фигуру Спасителя.

В Оптиной Ферапонт описывается как человек, который жил, не касаясь земли. Незаметный, молчаливый, он молился день и ночь. У него действительно была очень сильная молитва!

Однажды к старосте храма подошел человек и сказал, что попал в монастырь случайно, сомневаясь в существовании Бога, и наконец он поверил. ”Я видел здесь, как молился один монах, – сказал он, – я видел лицо ангела, разговаривающего с Господом. Знаете ли вы, что среди вас есть ангелы? ” Какие ангелы? – Удивленно сказал надзиратель. Затем посетитель указал на Ферапонта, который в этот момент выходил из Церкви.

Монахи также рассказывают, что, когда монах Ферапонт завершил монашеские молитвы “пятьюстами” (500 повторений Иисусовой молитвы), что не является
обязательным для инока, он все равно долго молился по ночам. Один из его собратьев решил посчитать, сколько поклонов он совершил за одну ночь. Келья была разделена занавеской, и монах Ферапонт молился в углу, бросив овчинный полушубок на пол перед аналоем. Его сокамерник считал и считал поклоны, и во время счета уснул.

Иеродиакон, живший с Ферапонтом в келье, рассказал, что перед смертью Ферапонт совсем не спал, всю ночь молился и нашел покой, склонившись над стулом. Более того, за всю Страстную седмицу он не съел ни кусочка.

После того, как он был убит, в его кармане было найдено письмо. В нем говорилось, что “если потребуется помощь, я буду рад протянуть руку помощи”. Пока неизвестно, кому было адресовано это письмо.

One Comment

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.