Тайна веры

Распространяйте любовь

Многие люди находят камнем преткновения то, что мы верим, что хлеб и вино Святого Причастия – это действительно Тело и Кровь нашего Господа, а не только в переносном смысле. Но когда мы думаем о Рождении нашего Господа, мы сталкиваемся с той же Тайной.

Православная церковь предпочитает слово “Тайна” для обозначения обрядов или таинств, таких как Крещение, Евхаристия (Вечеря Господня), Помазание больных и т.д. В Православной церкви их число не ограничивается семью. На самом деле есть только одна Тайна: “Бог есть Господь, и Он открыл Себя нам” (Псалом 118:27). Слово “Тайна” здесь относится не к чему-то скрытому, а скорее к раскрытию чего-то, что невозможно описать или объяснить. Единственная тайна заключается в том, что Бог, Который Сам по Себе не может быть познан, увиден или описан, открывает Себя людям. Это самооткровение происходит через Его вечного Сына и Слово. Он раскрывает Себя наиболее совершенно и окончательно в Воплощении Христа, в Его Жизни, Смерти, Воскресении и Вознесении. “Ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно” (Кол. 2:9).

И все же Христос внешне ничем не отличается от любого другого человека. (Он упоминается как появляющийся другим только в один момент: Преображение.) Он ест и пьет, чувствует усталость и жажду и умирает. Большинство людей говорят: “Разве это не сын плотника?” Только глазами веры люди говорят: “Воистину, это был Сын Божий”.

Это откровение во Христе не ограничивается Его земной жизнью, но продолжается в Его Церкви, “которая есть Тело Его, полнота наполняющего все во всем” (Еф. 1:23). О Церкви говорится как о святой, как о Его мистической Невесте (Еф. 5, Откр. 21), “столпе и основании Истины” (1 Тим. 3:15). В Таинстве Крещения каждый член Церкви “рождается заново от воды и духа” (Иоанна 3:5). Но они физически не изменились. Как и Сам Иисус, члены Церкви внешне ничем не отличаются от других людей. Тем не менее, апостол говорит о них как о святых (“святых”) в Коринфе или где бы то ни было, даже когда он указывает на их недостатки. Восприятие Церкви как святой, восприятие крещеных как сынов Божьих – глазами веры.

То же самое можно сказать и о Евхаристии, которая также является продолжением Божьего откровения о Себе во Христе. Он описывает Себя как Хлеб Жизни, сошедший с небес, предзнаменованием которого была манна, данная в пустыне. “Кто вкусит от хлеба сего, тот будет жить вечно; а хлеб, который Я дам, есть плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира”. Он использует строго физический язык, чтобы выразить это: “Если не будете есть плоти Сына Человеческого ипейте его кровь, в вас нет жизни. Всякий, кто ест Мою плоть и пьет Мою кровь, имеет жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день. Ибо плоть моя воистину есть пища, и кровь Моя воистину есть питие. Ядущий мою плоть и пиющий мою кровь пребывает во Мне, и Я в нем” (Иоанна 6). Если наш Господь не проповедует каннибализм, может ли этот язык иметь какой-либо смысл, если он не относится к Евхаристии? Это, конечно, не предполагает просто образного или “символического” отношения к Его Телу.

Но, как и в случае с земным Телом нашего Господа, и как в случае с Церковью, эти Тайны невозможно распознать зрением. Евхаристический хлеб не выглядит иначе после того, как он предложен. Она не изменяется физически. Это не перестает быть хлебом.

В Воплощении нашего Господа, в Его Церкви и в Евхаристии мы встречаемся с той же Тайной, что невидимый неописуемый Бог принимает “плоть”, этот физический мир, человеческую жизнь, в союз с Самим Собой. Мы должны настаивать на том, что это настоящий союз. Мы должны сказать, что Сам Христос является одновременно истинным Богом и истинным человеком. Если мы попытаемся объяснить этот парадокс и скажем, что Он всего лишь богоподобный человек или, может быть, Бог, кажущийся человеком, у нас больше нет Спасителя, “единого посредника между Богом и человеком” (1 Тим. 2: 5), который является центральной Тайной нашей веры. Если мы говорим, что Церковь на самом деле не является Телом Христовым, но что это всего лишь аналогия, тогда Тела Христа больше нет в мире, и у нас нет возможности “действительно” преобразиться и стать святыми Духом. Если мы говорим, что евхаристический хлеб и вино на самом деле не являются Телом и Кровью Христа, а лишь “напоминанием” об этом, являются таковыми только потому, что мы верим, что они таковыми являются, тогда эта Тайна соединения земли и неба существует только в нашем воображении, и мы на самом деле не “ешьте плоть Сына Человеческого и пейте Его кровь”, поэтому в нас “нет жизни”.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *